Акции Streamex Corp. взлетели более чем на 15% во вторник, однако рост на один торговый день происходит на фоне заметного общего проседания. С начала года бумаги компании снизились на 64,8%, а за последние 12 месяцев падение составило 60,9%.
Что представляет собой GLDY
На этой волне внимания к компании ее сооснователь и генеральный директор Генри Макфи рассказал о ключевом продукте Streamex — GLDY. Это токенизированный инструмент, привязанный к золоту: по замыслу проекта держатели токенов рассчитывают получать годовую доходность в размере 3,5% в физическом золоте.
Токенизация в данном случае означает, что экономические права и учетные операции по реальному активу (золоту) оформляются с помощью цифровых токенов, но сам базовый товар остается реальным и подлежащим контролю. Такие продукты обычно стремятся совместить традиционные механизмы рынка драгметаллов с прозрачностью, которую дают блокчейн-системы.
Откуда берется доходность 3,5%
По словам Макфи, выплата дохода формируется за счет практики золотого лизинга — подхода, который существует в секторе торговли драгметаллами десятилетиями. Его суть заключается в том, что одни участники рынка предоставляют золото в пользование другим на определенный срок, получая за это оговоренную лизинговую ставку.
Генеральный директор уточнил, что в качестве контрагентов выступают институциональные игроки: ювелиры, аффинажные компании и золотые банки. Они платят ставку лизинга за использование металла, в то время как держатели токенов сохраняют право собственности.
Как конструкция снижает риски контрагента
Один из ключевых акцентов в объяснениях Макфи — попытка отделить доходность и владение активом от кредитного риска лизингополучателя. В проектной модели доход для инвестора появляется не через финансовый инструмент, который может «провалиться» вместе с балансом другой стороны, а через структуру обеспеченного лизинга.
Макфи заявил, что само золото помечается RFID-метками, что позволяет отслеживать металл на территории у лизингополучателя. Кроме того, каждая позиция формируется с избыточным обеспечением: лизингополучатель вносит залог, стоимость которого превышает стоимость золота, которое он использует.
По его словам, в структуре предусмотрены два уровня страхового покрытия от страховщиков из категории tier-1. Также проводятся спот-проверки и регулярные аудиты запасов в течение срока действия каждого лизинга.
Глава Streamex подчеркнул, что в практическом смысле схема «очень похожа на обеспеченное институциональное кредитование», но при этом право инвестора на золото изначально не должно нарушаться.
Проверка резервов и роль блокчейна
Для подтверждения наличия и учета резервов используется on-chain-аналитика: резервы, утверждает компания, проверяются в реальном времени с помощью Chainlink — децентрализованного оракла, который передает данные из внешнего мира в блокчейн. Дополнительно проводится ежемесячный аудит — его выполняет EisnerAmper.
Chainlink в таких конструкциях обычно берут на роль «моста» между системами учета и внешними источниками данных, чтобы информация о резервах и состоянии активов могла быть верифицируемой для пользователей.
Что будет при банкротстве лизингополучателя
Отдельно Макфи остановился на вопросе, который особенно волнует инвесторов: может ли банкротство одного из компаний, взявших золото в лизинг, затронуть права держателей токенов.
По его словам, убытки принимает на себя лизингополучатель, а не держатель GLDY. Он описал модель как operating lease — операционный лизинг, без кредитной составляющей, без оформления долга как долгового инструмента, и без смешивания золота с балансом лизингополучателя. Также металл не закладывается в рамках его капитальной структуры.
В случае банкротства, отметил Макфи, золото не входит в «кредитную массу» компании и не может быть востребовано кредиторами. Металл возвращается, а возможная разница, если она возникнет, покрывается за счет избыточного обеспечения и страховых слоев, стоящих «перед» интересами инвестора.
Как инвестор может выйти из позиции
Для тех, кто хочет закрыть позицию, предусмотрен механизм погашения токенов. Макфи сообщил, что GLDY можно редимировать в любой момент в режиме T+2 — то есть с задержкой в два рабочих дня. При этом держатели выбирают форму выплаты: в долларах США, в USDC или в виде поставки физического золота.
Он также подчеркнул, что условия не предполагают lock-up — периода запрета на выход. В ближайшей перспективе, по словам CEO, продукт будет работать «еще больше похоже на торговлю акциями».
План по ликвидности и расширению линейки
Streamex намерена запустить полноценный вторичный рынок для GLDY. Компания также говорит о запуске мгновенного минтажа и редемпшена за счет институциональных маркет-мейкеров, то есть поставщиков ликвидности, которые поддерживают котировки и снижают разрывы в спросе и предложении.
В долгосрочной стратегии, по заявлению компании, та же архитектура — с титульным владением, застрахованностью, аудитом и on-chain-учетом — должна быть применена к другим «реальным» активам. Макфи сформулировал подход так: продукция ориентирована на то, чтобы инвесторы могли держать сырьевые активы напрямую и прозрачно, а экономическая модель поддерживала наличие доходности.
Что дальше: деривативы без «security»-формата и другие активы
Следующим шагом, как сообщил Макфи, станет выпуск версии GLDY без режима security — это, по сути, попытка расширить доступ к продукту за счет иной регуляторной конструкции. Затем в планах — серебро.
Дальше компания собирается перейти к токенизированным продуктам категории роялти и стримов. В фокусе — идея о том, что денежные потоки по таким активам во многом ведут себя как доходные элементы реальных активов. Также в дорожной карте значатся медь, нефть и газ.
Макфи резюмировал позицию так: «реальные продуктивные товары заслуживают современных технологических решений», а Streamex строит инфраструктуру, которая позволяет инвесторам владеть ими напрямую, прозрачно и — когда это возможно по экономике — получать доходность, привязанную к базовому активу.
